Робот, которого пугают себе подобные — это не бегущий по лезвию, а одна из инсталляций недавно прошедшего фестиваля НУР в Казани.

Мы привыкли смотреть мэппинги на исторических фасадах, лазерные шоу и перекликающиеся между собой прожекторы, но в этом году НУР показал совершенного новые проекты. Появилось больше интерактивных и роботизированных инсталляций, которые работают не только на эффект, но и обращают зрителя к темам техноутопии и постгуманизма.

Самая сильная инсталляция года — «Механический шорох. Фантомы». В середине тёмной комнаты стоит растерянный человекоподобный робот. Мы не видим его эмоций, но по движениям понимаем, что он в смятении. Он окружен роботизированными музыкальными инструментами, которые издают хаотичное звучание. Робот мечется между ними, пытаясь найти источник звука, но пугается от внезапного шума.

Спектакль запрограммирован заранее. Над ним работали робохореограф (!) Дмитрий Масаидов и композитор Николай Попов. Они проиллюстрировали рассуждения о том, как взаимодействуют роботы, способны ли они отражать человеческие эмоции, может ли человек распознать робо-симфонию или для него это набор случайных звуков.

И это еще не всё: на инсталляции PHASE от студии THE SWAY лицо зрителя сканировалось и воссоздавалось с помощью лазерных лучей, а на открытии, в перформансе REALTIME, гигантские инопланетные сферы двигались, отвечая ритму танцоров.

В Московском аэропорту Внуково состоялось очень редкое для авиагаваней событие — пленэр.

В мероприятии, приуроченном к 85-летию авиагавани, приняли участие 26 художников. Они работали с натуры, фиксируя повседневную жизнь высокотехнологичного объекта: работу различных служб, самолеты, атмосферу в терминале и за его пределами.

Цель первого московского авиационного пленэра — через изобразительное искусство сохранить историко-культурное наследие авиации и представить Внуково не только как транспортный узел, но и как пространство для творчества. Художники использовали различные техники: от классической графики и импрессионизма до абстракции и AI-арта.

По итогам пленэра будет сформирована коллекция работ. Выставка состоится в Московской городской Думе и на других культурных площадках столицы.

Выражаем благодарность художникам за их отзывчивость и яркий труд!

Путать Константина и Владимира Маковских — это как путать Мане и Моне ) вообще невозможно, если хоть немного погрузиться в контекст.

После историй Бенуа и Кончаловского тему кланов продолжает Музей Фаберже, где вчера открылась выставка картин двух талантливых братьев.

Готовьтесь рассматривать слащавых боярышень на полотнах одного и цвет и рисунок обоев скромной комнаты бедного студента на произведениях другого. Сравнивать и выбирать кого-то не обязательно. Тем более что название выставки намекает на то, что это просто две разные любви (и ещё такая картина Тициана).

Традиционно конечно же приглашаю на свои лекции о Маковских в июне.

📍 Санкт-Петербург
выставка «Константин и Владимир Маковские. Любовь земная и любовь небесная»
Музей Фаберже
до 13 сентября

Сикстинская капелла в подземелье

Один из культурных феноменов Ростова — мозаики в подземных переходах.

Об их создателе известно крайне мало. Его звали Юрий Лабинцев, и он был самоучкой. Делал ремонты в квартирах, где, среди прочего, клал кафельную плитку. Эта плитка и станет его главным художественным средством.

Как-то раз Лабинцев делал ремонт у большого начальника — Георгия Былло, руководившего в 70-е строительством подземных переходов. Тот быстро рассмотрел талант в простом рабочем и предложил ему украшать переходы плиточной мозаикой.

То, что вы видите на фото, — это именно мозаика. На первый взгляд может показаться, что изображения нарисовали краской, но каждая картина складывалась из сотен кусочков ломкого кафеля. Этим занималась целая артель. Лабинцев делал эскизы и руководил процессом.

Для работы использовали два вида плитки: голубая чехословацкая служила фоном, а местная шахтинская заменяла краски. Все фрагменты вырезали вручную.

Всего в Ростове-на-Дону четыре подземных перехода-галереи. Один из них — тот, что на пересечении Кировского проспекта и Большой Садовой — сейчас закрыт. По оставшимся трем я прогулялась. Если захотите повторить, то первый переход ищите на пересечении Буденновского проспекта и улицы Московской, второй — Буденновский / Большая Садовая, а третий — Большая Садовая / Ворошиловский проспект.

Эти мозаики — настоящее чудо. Я такого нигде и никогда не видела. Уникальность не только в технике: Лабинцев использовал обыкновенный облицовочный кафель. Больше всего поражают сюжеты. В них нет привычного для эпохи пафоса, монументального вождизма и громогласных лозунгов. Они максимально приближены к человеку.

Вот ученик стоит у доски перед классом, а вот счастливая семья забирает младенца из роддома. Уборка урожая в полях, продукты на донском рынке, дети со снеговиком во дворе, доярка с бидоном. Из сотен хрупких керамических кусочков собрана не история великих строек, а простая человеческая жизнь.

P.S. Еще больше фото оставляю в комментариях под постом.

В “Астории” снова делают то, что хорошие консьержи умеют лучше всего: экономят гостям часы на поиск действительно интересных событий. Вместо бесконечного скроллинга афиш здесь собрали июньский гид по Петербургу в одном месте.

В программе получился весь город сразу: балет в Михайловском театре, премьеры БДТ и МДТ, концерты в Мариинке и Эрмитаже, новые выставки в Русском музее и Музее Фаберже, семейные экскурсии, марафоны, триатлон и даже индивидуальные прогулки по рекам и каналам с винным сопровождением на борту.

Вообще хороший консьерж сегодня — это уже не человек, который просто вызывает такси или бронирует столик. Это личный навигатор по городу, который помогает не потеряться среди сотен событий, особенно летом, когда Петербург традиционно пытается провести все фестивали, выставки и концерты одновременно.

Овца Борис внимательно изучил афишу и пришёл к выводу, что в июне в Петербург можно приехать за театром, искусством, музыкой, спортом или гастрономией. А можно честно признаться себе, что приехал ради прогулки по каналам с бокалом вина и видом на закат. Город, кажется, не будет возражать. 🐑⚓️🌆

#астория

Если у вас короткая поездка в Шанхай или вы хотите за раз охватить всё китайское искусство — идите в China Art Museum. Это яркое здание, состоящее из красных перекладин. Оно очень похоже на Guotai Art Center в Чунцине, но у него более правильная форма, отсылающая к старинной архитектуре.

По наполнению: здесь можно найти всё. Древняя каллиграфия и графика, авангард, соцреализм, современное искусство и история Шанхая. Приятно удивили столетние мемы с котами, нарисованные тушью на рисовой бумаге, и сплющенный Давид Микеланджело.

Что самое главное: вход бесплатный, разве что на отдельные выставки нужно приобретать билет. А обойти всё можно часа за два.

К Фонду Дриса Ван Нотена можно попасть через лабиринт самых узких переулков Венеции. Только вам начинает казаться, что вы свернули не туда, как вас подхватывает едва уловимый аромат, следуя за которым вы оказываетесь перед великолепным Палаццо Пизани-Моретта на Град-Канале. Тут все отличается от привычных арт-институций Венеции: от отличной униформы персонала до classy hostess, которая не просто подскажет, но проводит вас до нужного места. Одним словом, атмосфера тут как в первоклассном отеле или бутике. Уж в этом Дрис Ван Нотен всегда был на высоте. В проекте фонда он сделал, казалось бы, очевидное, но именно этого недоставало в Венеции. Он прицельно сконцентрировался на декоративно-прикладном искусстве, уникальном ремесле и моде. И это особенно актуально после возникновения в Венеции биеннале артизанов Homo Faber.

«Единственная истинный протест - это красота», - такую тему премьерной выставки фонда уже можно признать провокационной сегодня, когда уродство стало конвенциональной формой протеста. Поэтому мусорные скульптуры Петера Гуггенхута из галереи Акселя Вервордта соседствуют тут с кутюром Кристиана Лакруа, деконструкцией Comme des garçons, ювелирными ванитас великого венецианского дома Codognato и бесчисленными произведениями мастеров, работающих с керамикой, стеклом, металлом, деревом, текстилем… Все это очень тонко и театрально эффектно вживлено в интерьер палаццо. Эклектичный, по-венециански избыточный, с наслоением стилей от рококо до либерти, он кажется идеальным реликварием для curiosities, собранных Ван Нотеном и Геертом Брулоотом. Отдавая дань уникальным ремеслам и талантливым мастерам, их создавшим, кураторы, все же, напомнили, что природа - лучший художник. В экспозицию вошел знаменитый проект французского художника Юбера Дюпра (последнее фото), который разводил ручейников. Личинки этих насекомых живут в воде и строят коконы из песчинок, крохотных камушков и веточек. Однако вместо этого Дюпра снабдил их жемчужинами, драгоценными камнями и золотом.

Из любопытных наблюдений: половина публики в палаццо была русскоязычной. Для посещения фонда необходимо зарегистрироваться на сайте и приобрести годовое членство (20 евро), после чего можно выбрать тайм-слот.

Если хотите еще один пост о фонде и его экспонатах - 400 ❤️ - не меньше!

Венеция, день пятый.

Скажу честно: больше пяти дней подряд смотреть арт с утра до вечера трудно, каким бы передовым он ни был. Восприятие притупляется, всё больше усилий нужно, чтобы читать кураторские экспликации и смотреть работы вдумчиво, а не по диагонали. Тем не менее именно пятый день подарил сильные впечатления — некоторые совершенно неожиданные.

Фонд Дриса Ван Нотена «Единственный истинный протест — это красота» в Палаццо Пизани-Моретта.
Красота здесь противостоит всему уродству мира — массовому, безликому, индустриальному. Великолепный дворец наполнен артизанальными вещами: от напоминающих церковное облачение кутюрных платьев Кристиана Лакруа до ювелирных украшений в духе vanitas. У каждого предмета хочется задержаться, чтобы узнать об авторе подробнее. Сет-дизайн выдающийся — два этажа концентрированного удовольствия.

Майкл Эрмитейдж в Фонде Пино, Палаццо Грасси.
Насыщенная нарративами прихотливая живопись кенийско-британского художника без труда заняла два этажа огромного дворца. Работы крупноформатные, и рассматривать их тем интереснее, чем дольше вглядываешься: сюжетов и смысловых слоёв там всё больше. Яркие сновидческие образы, на первый взгляд близкие к магическому реализму, при ближайшем рассмотрении оказываются наполнены едкой социально-политической критикой. Опираясь на европейскую школу — от Гойи до Гогена, — Эрмитейдж вплетает в полотна африканские мифы и символы.

Саня Кантаровский в Палаццо Лоредан.
Одно из самых интересных открытий параллельной программы биеннале. Живописец русского происхождения из Нью-Йорка изображает реальность, пронизанную скрытой тревогой: даже сцена урока фортепиано или причастия в церкви оставляет смутное беспокойство.

Waves, фонд Sanlorenzo.
Коллекция, принадлежащая фонду производителя яхт, респектабельная и концептуально целостная: Александр Колдер, Лучо Фонтана, Тони Крэгг. Отдельного комплимента заслуживает Casa Sanlorenzo — новая галерея с тихим садом и хорошей арт-библиотекой напротив Санта-Мария-делла-Салюте. Идеальное место для передышки среди венецианского хаоса.

В этот майский день, четыре года назад, в Суздале начался проект, ставший неотъемлемой частью города.

Часто пишу про МИРА центр на канале для — команда делает классные выставки, спектакли, концерты и фестивали. Спасибо вам за всё!

#Суздаль

Четвёртый день в Венеции

Разделавшись с Джардини и Арсеналом, переместился в город. Из лучшего.

Амоако Боафо в Palazzo Grimani.
Один из лучших портретистов нашего времени, пишущий лица африканцев пальцами, на этот раз вплёл в свои работы венецианские краски, орнаменты и вышивку. Всё это — в интерьерах ренессансного дворца семьи дожа. Выставка подготовлена галереей Gagosian.

AMA.
Новый центр современного искусства тоже связан с именем Ларри Гагосяна — он друг и поставщик работ для коллекции. В его честь назван бар Larry’s, оформленный Шаханом Миносяном, — он работает только во время специальных событий, но интерьер посмотреть можно и в обычный визит. Локация — бывшая мыловаренная фабрика, идеально переделанная под показ искусства. Из имён — Дженни Савилл, Эд Рушей, Чарлз Рэй и другие звёзды.

Helter Skelter в Fondazione Prada.
Совместная выставка Ричарда Принса и Артура Джафы. Оба апроприируют чужие образы — чаще всего из поп-культуры и медиа — чтобы поместить их в новый контекст или обнажить скрытые смыслы. У Принса запоминается образ радостных отдыхающих на пляже на фоне апокалиптического огня. У Джафы — переснятый финал «Таксиста» Скорсезе: выясняется, что по сценарию сутенёр малолетней проститутки (Джоди Фостер) и её клиенты были чёрными, а белый ветеран Вьетнама (Роберт Де Ниро) фактически их линчевал. Продюсеры уговорили Скорсезе убрать расовое измерение, заменив чёрных персонажей белыми. Джафа снимает финал так, как он был написан — ничего не смягчая.

Неофициальный павильон Беларуси.
Команда Белорусского свободного театра превращает пространство церкви Сан-Джованни-Евангелиста в территорию авторитаризма, цензуры и тотальной слежки. Исповедальня с камерой распознавания лиц, огромный крест из камер наблюдения, шар из запрещённых книг, запах тюремных коридоров. Воспоминания политзаключённых читают Джуд Лоу, Джиллиан Андерсон, Стивен Фрай, Джоанна Ламли.

Эрвин Вурм в Palazzo Fortuny.
Посреди старинных готических стен, зеркал и люстр дутые, сжимающиеся и скручивающиеся формы Вурма заставляют зрителя задаться философским вопросом: в мире, где нас постоянно просят «принять позу» (в соцсетях или обществе), что остается от нас, когда эта поза исчезает?

Выставка «Yiif Menga» («Будь собой» на языке #moorè) художников-скульпторов Сахаба Коанда и Абдула Кадера, которые через переработанные предметы рассказывают о современной истории и традициях Африки и моде на ресайкл в искусстве.

Grin des Arts vivants в Уиди (Уагадугу)

Centrum Travel Magazine jurnalining tuyg‘ularga bag‘ishlangan yangi sonidan joy olgan mashhur fotograflarning ijod namunalari tahririyatimizning eng katta faxriga aylandi. 

Jurnalning bir nechta sahifalari uch fotosuratchi — Gio Kardava, Kirill Umrixin va Ernest Kurtveliyev bilan suhbatga bag‘ishlandi. Unda ijodkorlarning bu kasbga qanday kirib kelganlari, kadr ortidan nimalarni izlashlari va nima uchun ba’zan shunchaki to‘xtab, lahzani his qilish muhimroq ekanligi haqida so‘z boradi.

Suhbatdan parchalar — kartochkalarda, jurnalning bosma shakli esa — havo kemalarimiz bortlari va hamkorlarimiz ofislarida.

🔹🔹🔹

Отдельный предмет гордости редакции — фотографии от именитых фотографов в новом номере Centrum Travel Magazine, посвященном чувствам.

Несколько разворотов журнала посвящены разговору с тремя фотографами — Гио Кардава, Кириллом Умрихиныи и Эрнестом Куртвелиевым — о том, как они пришли в профессию, что ищут в кадре и почему иногда важнее просто остановиться и прожить момент.

Фрагменты разговора — в карточках, печатный журнал — на наших бортах, а также в офисах партнёров.

Камерный спектакль о «последнем поэте XX века» — впервые в Стамбуле

Борис Рыжий писал про окраины, молодость, одиночество и жизнь так, что его всё ещё цитируют музыканты и режиссёры. Один из узнаваемых примеров — «Эмалированное судно», стихотворение Рыжего, которое звучит в треке группы Molchat Doma и часто попадается в соцсетях.

А 21 и 22 июня можно ближе познакомиться и погрузиться в его творчество. Спектакль «Б. Р.» — сценическое посвящение Борису Рыжему. Почти всю жизнь он прожил в Екатеринбурге, и образ индустриальной окраины стал лейтмотивом в его текстах. Зрители окажутся в пространстве, напоминающем крышу многоэтажного дома. А на сцене — артисты МХТ и Большого театра.

→ Билеты тут

📍Paribu Art, Kurbağalıdere Cd. No:2/26, Kadıköy
тык для гугл-карт

Американский Vogue опубликовал историю о новом музее Джорджа Лукаса со съемкой Энни Лейбовиц.

Джордж Лукас и его жена Меллоди Хобсон открывают в сентябре 2026 года Музей нарративного искусства в Лос-Анджелесе. Проект обошёлся примерно в миллиард долларов и занял почти десять лет — Лукас начал работу над ним после продажи Lucasfilm компании Disney в 2012 году.

Здание спроектировал китайский архитектор Ма Яньсун: футуристическая органическая форма без прямых углов, собранная из 1500 стеклопластиковых панелей. Вокруг — около 4,5 гектара ландшафтного парка, под которым спрятаны парковки.

В основе коллекции — 1200 работ, отобранных лично Лукасом: иллюстраторы вроде Нормана Роквелла и Максфилда Пэрриша, комиксы, манга, концепт-арт к фильмам — а рядом с ними Фрида Кало, Диего Ривера и Роберт Колескотт. Лукас намеренно делает ставку на «народное» искусство, противопоставляя его элитарному арт-миру. Галереи организованы вокруг универсальных человеческих тем — Детство, Труд, Материнство, Романтика, Игра, Спорт — которые Лукас понимает в антропологическом смысле: как мифы, скрепляющие общество. Экспозиция открывается иммерсивной фотореконструкцией пещеры Альтамира, а следом — полноразмерной панорамой потолка Сикстинской капеллы, снятой с личного разрешения Ватикана.

Музей задуман как доступное место для всей семьи: вход бесплатный для детей до 18 лет, в кафе подают простую еду по доступным ценам, а библиотека открыта для всех без билета. Главная идея Лукаса — показать, как истории и мифы объединяют людей на протяжении тысячелетий.